Репортаж из коровника. Или как журналист "Лiдскай газеты" один день поработала дояркой

17 Ноября 2022 24519
Журналист Наталия Волконовская подключает аппарат для доения.

Благодаря этим труженицам молочные реки текут по родному краю. И хотя профессия «доярка» уже давно переименована в профессию «оператор машинного доения», стала легче ненамного. И в этом я убедилась на личном опыте. Долой шпильки и маникюр! Чтобы написать про нелегкий труд на ферме, нужно самой там поработать. Надеваю халат, перчатки, длинный фартук, на ноги – резиновые сапоги. Итак, журналист снова меняет профессию. Сегодня я работаю дояркой на молочно-товарной ферме «Песковцы».

– И «хустачку» еще повяжи, чтобы волосы не так сильно пропитались запахом фермы, – советует моя напарница Елена Антоновна и протягивает пестрый «бабушкин» платок. – Такая милая доярочка получилась – хоть картину с тебя пиши! 

– Если коровы тоже встречают по одежке, то я должна им понравиться! – веселюсь, рассматривая себя в зеркале в своем новом амплуа. Но долго красоваться времени нет: вечерняя дойка вот-вот начнется. 


Профессия доярки передалась по наследству

Моя коллега Елена Цивинская из тех, кто располагает к себе с первого слова. Пожилая, скромная, с натруженными руками и бесконечно ласковым взглядом – именно такой мне почему-то и представлялась опытная доярка. А стаж Елены Антоновны – 42 года! Эта профессия женщине передалась по наследству – ее мама тоже была дояркой. 
Елена Цивинская работает дояркой 42 года.

– Работать на ферму я пошла сразу после школы. Тогда еще не было молокопровода – все удои сливали в бочки. Зато сейчас техника на грани фантастики, поголовье в разы выше! На нашей новой ферме «Песковцы» все работы в доильном зале механизированы и контролируются с помощью компьютера. Но главное – мы даем 100-процентный сорт «Экстра». Такое высокое качество получается за счет того, что процесс дойки и охлаждения закрытого типа – молоко не соприкасается ни с воздухом, ни с человеческими руками. 

– Выходит, я даже настоящую корову сегодня не подою? – не могу скрыть своего разочарования.
Девочка моя, работы хватит всем. К концу смены мычать от усталости будешь! – пророчески шутит Елена Антоновна и вручает мне необычный агрегат, напоминающий шланг на автозаправке, только с ворсинками на рукоятке. Опережая мой вопрос, комментирует: 

– Это скруббер, а по-нашему – щетка (для очистки вымени перед доением). С ее помощью нужно каждый сосок у каждой коровки хорошенько вымыть. 
Пока мы занимались «скруббированием», Елена Антоновна вспоминала, как раньше вымя буренкам протирали тряпками, а чуть позже – дезинфицирующими салфетками. Но у меня в голове была совсем другая математика: я подсчитывала, сколько раз доярке приходится иметь дело с коровьими сосками. Если учесть, что за смену оператор машинного доения обслуживает примерно 430 коров, у каждой из которых по четыре соска, то операцию по очистке вымени нужно выполнить порядка 1700 раз. И это только этап подготовки к дойке. Потом еще столько же телодвижений потребуется, чтобы сцедить молоко, и столько же – чтобы подключить систему для доения. Но и это не все: каждый коровий сосок ждет финальный аккорд – обработка заживляющим раствором. Про себя отмечаю: процесс доения хоть и механизирован, но без умелых человеческих рук здесь никак! 

Нежнее! Еще нежнее!

Сначала оттягивай, оттягивай, скользи по коже, а в конце так пальцами — р-р-раз! И сожми чуть-чуть, нежно, — Елена Антоновна не может скрыть своего веселья: обучать новенькую доить вручную оказалось делом забавным.

Пытаюсь повторить. Ну да! Ни мое «оттянуть», ни мое «р-р-раз!» не нравятся Марусе. Она аккуратно отходит в сторону, нервно перебирает копытами, потом протяжно мычит: «Это кто вообще?» Ладно… Подхожу увереннее, глажу по боку: «Это свои, Марусь. Все нормально». Пару минут стараний – и… дело пошло!

Первые струйки молока нужно выдоить вручную в специальный контейнер. Только после этого к корове присоединяют доильный аппарат. Доение длится 10-15 минут. За это время корова дает от пяти до пятнадцати литров молока.

— В одну руку берешь аппарат. Указательный палец должен быть на вентиле. Как только поднесешь его к вымени, дави на вентиль, чтобы пошла откачка. В это время второй рукой держи «присоски». Указательным нащупывай соски и аккуратненько направляй их в аппарат. Поняла?

Нет.

— Все правильно! Это надо пройти на практике… Маруся, цыц! Не бойтесь друг друга! — приказывает она нам.

Вообще, Маруся – имя нарицательное. На ферме, где 850 дойных коров, клички давать бессмысленно. Но доярка признается: каждая кормилица – живое существо, со своими темпераментом и привычками, поэтому волей-неволей привязываешься к своим подопечным. 

Иногда коровы бывают с таким характером, что чувствуется: личность! К таким хоть по имени-отчеству обращайся. Одна вот, например, не любит доиться – всегда пытается сбросить ногой аппарат, а потом наступить сверху, чтобы наверняка. Поэтому за ней всегда пристально смотрим, чтобы не начудила.

– А были ли у вас коровы, к которым вы душой прикипели? 

А как же! Вспоминаю свою любимицу – под номером 44 – и слезы наворачиваются! Умная коровка была. А какая красивая! Бывало, посмотрит на меня своими черными выразительными глазами – словно в душу заглянет. Хотела я ее себе выкупить, когда отелится. А она разродиться не смогла – пришлось на убой отправить. Ох, и долго свою Четверочку оплакивала …
На ферме «Песковцы» 825 дойных коров.
Я в доярки бы пошла?

На молочно-товарной ферме «Песковцы» работают пять операторов машинного доения. Коров они доят два раза в сутки. Утренний процесс начинается в 6 часов и заканчивается в обед. Вечерний длится с 18 часов до полуночи. Если кто-то из доярок заболеет, Елена Антоновна никогда не откажет в том, чтобы выйти на смену. Хотя и отмечает: ее возраст уже позволяет уйти на заслуженный отдых. Но расставаться с делом всей жизни она пока не торопится.

Порой за день устану так, что ложусь спать с твердым намерением закончить свою «карьеру». Но стоит мне утром прийти на родную ферму – начинаю «оттаивать». Как представлю, что придется навсегда распрощаться и с коллегами, и с буренками, – слезы наворачиваются. 

Дома женщину ждет своя ферма: несколько свиней, теленок, куры, утки… Их тоже надо покормить. Да и домашние дела – стирку, уборку, приготовление еды – никто не отменял. 
Муж мой был трактористом. Прошло уже много лет с того дня, как его не стало. Воспитала четверых сыновей. Все они, как говорится, выбились в люди. Один директором школы в Гродно работает, двое в строительной сфере карьеру сделали, а младший решил связать свою жизнь с сельским хозяйством – работает у нас на ферме осеменатором. 

Елена Цивинская призналась: труд на ферме нелегкий, осилит его лишь тот, кто всем сердцем болеет за родное хозяйство и к кормилицам хорошо относится. А они за это благодарят хорошими надоями, которые, к слову, в «Песковцах» одни из самых высоких по Лидскому району. 

Например, в осенний период каждая буренка дает по 16 килограммов молока. А в теплое время года – и того больше. Весь суточный удой (а это более 13 тонн молока сортом «Экстра») отправляют на Лидский молочно-консервный комбинат. 

Молочное такси и «детсад» для телят

Здесь же, в доильном зале, работает молочная кухня для телят. По отдельной ветви молокопровода питательный продукт из-под коров поступает в специальный стерилизатор. В такой полуторатонной «кастрюльке» готовится обед для мокрых любопытных носов, которые то и дело высовываются из загонов и пытаются лизнуть палец. 

А носов этих на ферме «Песковцы» сто пятьдесят. У каждого теленка своя «колыбелька» – белый пластиковый бокс, в котором тепло и уютно. Кстати, еду в телячий «детский сад» привозит молочное такси – специальная тележка для емкостей с парным молоком. На этот необычный транспорт я обратила внимание во время экскурсии по ферме, которую организовала для меня Елена Антоновна. 

Сейчас тельных коров содержат в отдельном зале, где дополнительный настил, комфортная температура и улучшенное питание. VIP-апартаменты – не иначе! Не то, что раньше, – женщина вздохнула (она часто проводит параллель, какой была жизнь на ферме раньше и какая она сейчас). – В былые времена, когда коров еще водили на пастбища, в этом плане было много приключений. Например, почувствовав скорые роды, буренка могла сбежать в лес, чтобы уединиться и, укрывшись под сенью деревьев, родить. Бывало, недоглядим – приходится колесить по окрестностям.
У телятницы Марии Гриневич 150 подопечных.

– И что, находили беглянок?

Находили: и маму, и ее новорожденный «сюрприз», который под кустиком прятался, – Елена Антоновна ласково махнула в сторону теленка, с очаровательным сердечком на лбу, а малыш, обрадовавшись вниманию к себе, откликнулся протяжным «му-у-у». 

– Молока ком-у-у? – в рифму ответила телятница, которая как раз подвезла ужин этому «сердечному» воспитаннику «детсада» (кличка для теленка родилась прямо на ходу).
Проголодавшийся малыш нетерпеливо затопал копытцами, а когда резервуар наполнился едой, жадно к нему присосался. Оказывается, за один прием пищи теленок выпивает от 4 до 6 литров молока (в зависимости от возраста). А еще по утрам малышам раздают вкусняшки: гранулы с микроэлементами и витаминами.
Теленок по кличке Сердечный ждет свою порцию молока.

– В следующий раз наведаюсь к вам, чтобы телятницей поработать. Возьмете? – спрашиваю я и на прощанье окидываю взглядом ферму, которая и мне уже стала чуточку родной…

P. S. Домой я приехала ближе к полуночи. Одежда источала молочный запах, в ушах все еще побрякивали металлические ведра, а перед глазами мелькала бесконечная череда коров. На вопрос мужа, как прошел мой рабочий день на ферме, ответила: “Как же я заМУ-У-чилась”…

Поделиться
0Комментарии
Авторизоваться