Кто они, безымянные герои лидской земли, погибшие в годы Великой Отечественной войны под Гудами?

25 Февраля 2022 2317

Течет река времени. Все дальше уходят от нас события Великой Отечественной войны – самой масштабной и кровопролитной в истории советского народа. Заросли шрамы окопов, исчезли пепелища сожженных городов, выросли новые поколения людей – потомков славных героев. Однако внимание к тем трагическим событиям не ослабевает и сегодня. 

Во многих семьях хранятся награды, письма и фотографии военных лет – драгоценные свидетельства борьбы с ненавистным врагом. Великая Отечественная война длилась долгих 1418 дней и ночей, став величайшим испытанием для советского народа. Беларусь понесла колоссальные потери, погибло свыше двух миллионов человек. Но люди выстояли, и это был поистине величайший подвиг.

Сегодня в каждом уголке нашей страны, на окраинах деревень, в полях и у сосновых боров установлены скромные обелиски как символы несгибаемой воли, стойкости и беззаветного служения Отечеству, как незабываемое эхо страшной трагедии, в котором воедино слились и радость, и боль всего белорусского народа. И сегодня о героическом подвиге наших прадедов, стойкости, мужестве, непреклонности белорусов, наших земляков расскажет новый проект «Лідскай газеты» «Пока мы помним – мы живем!».

 «Для меня, матери, война никогда не закончится»

В одном из архивных номеров газеты «Уперад» обнаружила напечатанное письмо от простой женщины Прасковьи Фостенко из Пятихаток. Читать его без слез невозможно. В каждой строке – крик души, последняя надежда матери:

«Мой сын Игорь Павлович Фостенко окончил Полтавское военное училище за несколько дней до войны и был направлен к месту службы в город Лиду, что близко от границы, в звании воентехника 2-го ранга. Якобы в бою он был танкистом. Так сказал его товарищ, вернувшийся раненым домой. Они были вместе, но товарища ранили, и они потеряли друг друга из виду. А может, он не сказал мне всю правду? Потом я получила извещение: «Ваш сын пропал без вести».

Для меня, матери, война никогда не закончится. Я до самой смерти буду ждать сына с войны. Быть может, где-то в лесу или между людьми, в разговорах, найдутся его следы. Сколько слышала разных историй… Была бы здоровой, исходила бы все села, может, какую-нибудь весточку услыхала бы. Но сто болезней, а главное – сердце, не пускают за порог, с самой зимы лежу. И все жду и жду дорогого моего сыночка…»

Меня до глубины души тронуло горестное величие слов матери, напечатанных на страницах газеты спустя пятнадцать лет после Великой Победы. Очевидно, что для нее война никогда не закончится. К сожалению, и сегодня мы не можем знать, как сложилась судьба бойца Игоря Фостенко. А может…

Вызвали огонь на себя

 Шел десятый день войны. На рассвете 2 июля 1941 года на западных подступах к деревне Гуды завязался неравный бой между отступавшими бойцами Красной Армии и немецким военным гарнизоном. Бой продолжался 1,5-2 часа. Из города подъехала машина еще с 30 немецкими солдатами. Превосходство военных сил оказалось на стороне врага. Продвижение советских бойцов под шквальным огнем без многочисленных потерь было невозможно. Красноармейцы начали отходить через деревню на восток, к железной дороге Лида – Вильнюс. Немцы преследовали их. Расположившись за железнодорожной насыпью, отступавшие бойцы открыли интенсивный защитный огонь. Фашисты отказались от преследования. Оставшиеся в живых советские солдаты ушли через деревни Верх-Лида, Спорковщина, Мелеши, Леваши.

Из воспоминаний жителей деревни Гуды: «Оставшихся на поле боя раненых советских солдат немцы добивали на месте. Затем заставили местных жителей убрать погибших красноармейцев. Своих закопали сами. Сельчане на телегах подвозили убитых к местам захоронений. Больше всего людей было захоронено у деревни. Несколько красноармейцев были захоронены в песчаном карьере и на месте старой пилорамы, еще часть – на месте диспетчерской совхоза «Лидский» (восточный угол фундамента)».

Все эти места в 1965-1966 годах и были указаны местными жителями.

Никто не забыт

Большую роль в поиске и увековечении памяти о бойцах и командирах 213-го стрелкового полка сыграл секретарь партийной организации колхоза «Родина» (впоследствии совхоза «Лидский») Семен Хромин. Именно по инициативе местного жителя и при его непосредственном и активном участии были начаты раскопки четырех братских могил воинов, погибших в 1941 году у деревни Гуды.

«22 сентября 1965 года я был избран освобожденным секретарем парторганизации колхоза «Родина» Лидского района, – вспоминал Семен Павлович. – А как раз в мае вся страна отпраздновала 20-летие Победы советского народа над фашистской Германией. В вестибюле конторы оставался висеть небольшой стенд «Никто и ничто не забыто», на котором размещались фотографии военных лет. Меня заинтересовала история населенного пункта и проживающих в нем людей. Местные жители охотно вступали в разговор и активно рассказывали все, что знали. Их воспоминания будоражили. Местонахождение могил было определено быстро и точно, так как к этой работе привлекались и те люди, которые участвовали непосредственно в захоронениях воинов».

В таких эбонитовых капсулах, маленьких черных  пенальчиках с отвинчивающимися крышками, советские солдаты хранили личные данные и адреса родственников.

Согласно акту Лидского объединенного городского военного комиссариата от 20 июня 1966 года, раскопки производились сразу в четырех местах. Так, в кустарнике, в 200 метрах от правления колхоза «Родина», были обнаружены три могилы с останками 19 воинов. Еще в одной могиле, находящейся всего в полуметре от фундамента, у юго-восточного угла здания правления, – еще 10. В могиле у зернохранилища обнаружены останки 6 воинов, в двух могилах в 200 метрах южнее правления колхоза, у песчаного оврага, обнаружены останки еще 21 воина.

Цель раскопок заключалась не просто в перезахоронении останков погибших советских солдат, павших смертью храбрых в начальный период войны. Местные жители хотели заставить могилы «заговорить», узнать хоть какую-то информацию о героях. Раскопки велись очень тщательно, в земле не должны были остаться ни одна пуговица, ни один крючок от шинели. И личные вещи находились. В их числе – часы 1-го Московского часового завода имени Кирова. Стрелки на них замерли на отметке в 7 часов 15 минут. Часы хорошо сохранились, имели незначительную коррозию. Принадлежали они двадцатилетнему уроженцу Татарской АССР Алексею Реутову. Уже после войны родная сестра, узнав, где погиб ее брат, напишет в письме жителям деревни Гуды: «Последнее письмо от брата Алеши мы получили 22 июня 1941 года и его последнее фото, где он уже со значком «Ворошиловский стрелок» на гимнастерке, не в буденовке, а в пилотке и с крупными наручными часами. Он писал, что с мая они находятся в летних лагерях в лесу, в палатках и когда поднимаются на вышку, то видят немецких солдат, как они маршируют и подтягивают военную технику, как будто готовятся к войне, – вот так писал Алеша в своем последнем письме для нас, родных…»

Еще одна удача: нашлось то, что так старательно искали, – эбонитовая капсула, в которой военнослужащие хранили адреса своих родственников. Потом вторая, третья… В результате раскопок были обнаружены восемнадцать таких капсул. А кругом патроны, патроны... Ими были набиты карманы брюк погибших бойцов, нагрудные карманы гимнастерок, поясные подсумки.

Очевидцы рассказывают, что даже спустя 25 лет часы Алексея Реутова, которые были у него на руке,очень хорошо сохранились.

Один винтовочный патрон хранился в кошельке с документами солдата. Он явно предназначался «для себя» в случае критического момента, чтобы не сдаться живым. Но его владельцу не пришлось им воспользоваться. Кроме этого, были обнаружены и другие предметы: три винтовки без прикладов, каски, пехотная лопатка, ножницы, мундштуки, плоскогубцы, столовые ложки, бритвы, перочинные ножи, значок «ГТО».

Кто они, герои?

На этот вопрос искали ответ сотрудники Лидского краеведческого музея.

– Из 18 обнаруженных капсул 2 оказались пустыми, без вложений, в 9 капсулах были записки, но прочитать их было сложно или невозможно (время и наш влажный климат сделали свое дело), – рассказывает руководитель музея «Галасы гісторыі» ГУО “Гудский учебно-педагогическийи комплекс детский сад-базовая школа” Анна Заянчковская. – Из девяти медальонов три были полностью разрушены и для исследования не пригодны. В остальных записи частично обесцветились или остались слабовидимые штрихи фиолетового цвета. В результате применения методов микроскопического, при бестеневом и косо падающем освещении, наблюдения и фотографирования картины, инфракрасной люминесценции, диффузного копирования и усиления фотографического контраста специалистам музея представилась возможность установить данные отдельных бойцов. Это были Алексей Реутов, старший сержант Иван Нидзиев, красноармеец Борис Абрамов, сержант Марк Годин, красноармеец Прокопченко (имя не выяснено, похоже, Данил), Николай Коляденко, Г. М. Рогачев, ветеринарный военфельдшер Сергей Сазонов.

У памятника советским солдатам, героически погибшим, защищая город, в дни главных государственных праздников и памятных дат проходят митинги, звучат важные для каждого из нас слова: "Спасибо за Победу!".

Информация о солдатах находилась также в истлевших кошельках и бумажниках. Одним из документов оказалась квитанция, выданная на имя Петра Ивановича Иванова 1918 года рождения в том, что его паспорт, как призывника, обменен на военный билет. Другим документом – удостоверение (фамилию прочитать не удалось) Павла Ефимовича в том, что он в 1940 году окончил курсы младшего медицинского состава при Ленинградском медицинском училище. Вместе с этим удостоверением лежал фотоснимок с исчезнувшим изображением, но с сохранившейся надписью на обороте: «На добрую память Павлуше от знакомой Жени».

Сегодня обнаруженные в захоронениях реликвии находятся на хранении в ГУ «Лидский историко-художественный музей». Семь записок оказались именными, с указанием адресов родственников погибших воинов. Именно благодаря этим запискам через военные комиссариаты Семеном Хроминым была сделана попытка установления связи с родственниками погибших. Также 8 июля 1966 года письмо с указанием фамилий и места гибели героев Великой Отечественной войны было отправлено в газету «Известия» и опубликовано в разделе «Розыск продолжается».

– Шло время. Письма в деревню приходили из всех уголков Советского Союза, – рассказывал Семен Павлович. –  Многие родственники солдат, имея на руках известие, что их сын, муж, брат пропал без вести, надеялись получить весточку о нем из лидской деревни. Мы ждали, что откликнутся родственники героев. И они откликнулись. Это были мать и сестра рядового Алексея Реутова. Уже позже, приехав в Гуды, сестра расскажет, что Алексей был призван на службу в армию в ноябре 1940 года Пермским районным военным комиссариатом. Уроженец Татарской АССР служил в Сопоцкино под Гродно. Через восемь месяцев началась война. Алексей вместе с однополчанами встретил фашистов на границе. Бой был неравным. Солдатам было приказано отступать группами по 50-60 человек. Именно 22 июня и пришло письмо. А потом тишина и долгие годы никакой весточки. Мать верила, что ее сын отважно сражается, обязательно победит и вернется домой. Но время, полное тревог и горьких слез, шло. Лишь через 25 лет после окончания войны женщине удалось узнать, что ее сын погиб под Лидой. Спустя три месяца после печального известия Дарья Васильевна Реутова умерла.

Над местом вечного покоя

В мае 1966 года у шоссе Лида – Вороново, недалеко от места боя у деревни Гуды, под траурную музыку духового оркестра с почестями, при большом стечении народа были перезахоронены останки 56 советских воинов, а через год, ко Дню Победы, был установлен обелиск, изготовленный на Лидском  райбыткомбинате по эскизу отдела архитектуры и строительства Лидского райисполкома.

Братская могила 56 советских воинов у агрогородка Гуды.

Фамилии семи бойцов, семьи которых получили извещения, что их родной или близкий человек пропал без вести, известны. Но 49 героев, которые выполнили свой долг перед Отчизной, нашли вечный покой у деревни Гуды, так и оставшись безымянными героями лидской земли.

Поделиться
0Комментарии
Авторизоваться