Житель Лиды рассказал о детстве, опаленном войной
С каждым годом редеют ряды ветеранов Великой Отечественной войны. А вслед за ними уходят и последние свидетели военного лихолетья, «дети войны», – те, в чью память, как раскаленные угли, врезались воспоминания: смерть, страх, боль, ужас, потери. Один из них – 86-летний Василий Луцевич, постоянный подписчик и неравнодушный читатель «Лiдскай газеты», который всегда следит за публикациями на военную тематику и готов поделиться своей опаленной войной историей.
Он родился в 1931 году в д. Новоселки Ваверского сельсовета. До 1939 года окончил два класса польской школы. Семья (а у Василия Матвеевича было еще двое братьев и сестра) жила бедно. Работали много, но едва концы с концами сводили.
Началась Великая Отечественная война. Над родной деревней пролетели немецкие самолеты. Через село группами и группками отступали изможденные советские воины. Почти сразу за ними пришли немцы. В 1943 году при неизвестных обстоятельствах была убита мама. Василий Матвеевич нашел ее мертвой в ста метрах от дома. По окровавленному телу матери ползал младшенький – Ванечка, размазывая пальчиками кровь по ее лицу. Отец накануне был в отъезде и, вернувшись домой, застал у тела матери безутешно рыдающих детей.
В июле 1944-го воины Красной Армии победоносно наступали. Гитлеровцы укрепились в Новоселках, завязался бой, который шел с утра до позднего вечера. От деревни остались пепел и печные трубы. Дом семьи Луцевичей был в стороне и уцелел. Во время боя Луцевичи не успели убежать в лес – спрятались в картофельной яме, где сидели многие из их родственников. Один или два снаряда упали совсем рядом с их ямой. В 10-20 метрах от ямы убило лошадь. Было страшно.
Сразу после освобождения Беларуси отца, Матвея Леонтьевича, призвали на фронт, дети-сироты оставались одни. Время было военное, нужно было защищать Родину, добивать фашистов. Детей распределили по родственникам. 13-летний Василий остался в хозяйстве.
Беда не ходит одна… Заболел конь Гнедок – единственный кормилец и помощник Луцевичей. Василию казалось, что со смертью Гнедка умрет и он, жить без такого помощника не сможет. Но он – выжил.
Сразу после Победы вернулся отец. Думали, размышляли, с чего начать, за что зацепить руки. Василий нанялся в пастушки к хозяевам в соседней д. Мольги. Однажды, когда он пас скот на лугу, к нему подошел мужчина. Поздоровались... «Меня зовут Вацлав. А тебя?» – спросил незнакомец. «Василием», – ответил пастушок. Далее Вацлав говорит: «Помоги! От тебя многое не требуется. В определенном месте (он назвал где) будет стоять вешка. Если в округе появятся работники НКВД, оставь вешку, если их нет – положи». На подростка напала оторопь… Вацлав так убедительно просил выполнить его поручение, что не было сил отказаться… Вскоре в деревню приехали работники НКВД, кого-то искали. Вацлав их заметил, бросил пистолет и пакет с гранатой-лимонкой, биноклем в рожь и убежал. Пастушок успел заметить, где Вацлав бросил пакет. Он унес его дальше и закопал.
Василий понял, что совершил большую глупость. Его отец помогал советским партизанам, воевал на фронте. А он сам? Нет, этого больше не будет! Он честно все рассказал отцу. Отец хорошо знал и даже дружил со старшим уполномоченным Лидского городского отдела КГБ Иваном Михайловичем Носковым, сообщил ему, а после и показал тот самый тайник. (Иван Михайлович Носков, герой-чекист, погиб в 1948 году в д. Паперня от рук бандитов. В последний путь его провожал и Василий Матвеевич со своим отцом. Иван Носков похоронен в Лиде, на городском кладбище возле завода электроизделий.)
Василий переехал жить к отцу в д. Далекие, учился в школе. Затем работал осмотрщиком вагонов на железнодорожной станции Лида, и на всю оставшуюся жизнь связал себя с железной дорогой. Был призван в железнодорожные войска Советской Армии. Первую военную специальность «начальник станции» получил в полковой школе в Ленинграде, затем служил в Иркутске, строил железную дорогу Иркутск-Слезянка. После демобилизации учился в технической школе, в вечернем техникуме электротягового хозяйства в Иркутске. Затем работал в локомотивном депо ст. Иркутск машинистом тепловоза. Там же, в Иркутске, женился на хорошей девушке Нине, с которой прожил вместе 50 лет. К сожалению, в 2007 году она умерла. Через год Василий Луцевич пережил еще одну потерю – единственного сына.
Кроме двух холмиков, с городом Иркутском Василия Матвеевича больше ничего не связывало. Родная Беларусь притягивала к себе, и он переехал в Лиду. Здесь встретил такое же одинокое сердце – Зою Иосифовну, которая жила когда-то в д. Далекие и которую он знал еще в молодые годы. У обоих за плечами – опаленное войной детство. И до настоящего времени они вместе, рука об руку, неспешно шагают по жизни, бросая недетский взгляд в свое детское прошлое. «Того, что выпало испытать, не пожелаешь никому…» – в один голос говорят супруги.
