Полезные знания уменьшают очередь. Так считает врач Михаил Лебедевский
Повод, который привел корреспондента «Лiдскай газеты» в Лидский кожно-венерологический диспансер, – интерес к работе одного из старейших медицинских отделений Лидской центральной районной больницы. Вопросы для интервью были подобраны заранее, с ними и захожу в здание под №4 по улице Интернациональной. Первое впечатление от его свежевыкрашенных ровных стен – здесь недавно был ремонт. Поднимаюсь по крутой деревянной лестнице на второй этаж, в кабинет заведующего – Михаила Лебедевского.
Знакомимся, очерчиваю общий интерес к теме и на время забываю о своих вопросах: слушаю заведующего.
– Нашему ремонту уже несколько лет. Сделали его еще к «Дажынкам». А вообще, кожно-венерологический диспансер появился в Лиде сразу после войны, во второй половине сороковых годов. Это стало возможным благодаря энтузиазму и бескорыстным усилиям ныне покойного Сергея Яковлевича Белько. Это был высокопрофессиональный врач, талантливый организатор, просто… великий человек! С него началась история лечебного учреждения.
– Предполагаю, что простой она не была.
– Ветераны-медики подтвердят, что легко не бывало во все времена, но в некоторые периоды нагрузка на коллектив просто зашкаливала. Например, в девяностых годах во много раз выросла заболеваемость сифилисом: по 300-400 человек за год пролечивались в кожно-венерологическом диспансере. Если сравнить с сегодняшними цифрами, когда они снизились до одного-двух десятков, то в девяностых мы боролись с настоящей эпидемией. Коллектив диспансера противопоставил ей свой профессионализм и высокую самоотдачу. Кстати, в диспансере всегда работали ответственные, порядочные люди, врачи высокой квалификации, новаторы. Например, Жигало Екатерина Николаевна в городе стала первопроходцем в лабораторной диагностике новых инфекций, передающихся половым путем. У нас апробировались новейшее оборудование и методики, которые впоследствии внедрялись в других медучреждениях.
Если говорить о болезнях кожи, то на ваш вопрос о причинах их возникновения конкретных ответов много. Причины могут быть самыми разными. Да, есть объективные факторы, повышающие риски определенных кожных заболеваний. Но в то же время в их возникновении нельзя не видеть роль наследственности. Например, от больных псориазом родителей болезнь реже передается их детям, при том, что чаще проявляется у внуков. Вообще, у кожных заболеваний, в отличие от венерологических, еще многое остается не до конца понятным.
– Сейчас появились новые эффективные препараты, в том числе и для лечения некоторых венерологических болезней. Советы по их применению доступны в Интернете. У части граждан появляется соблазн вылечиться самостоятельно.
– Промежуточный результат при этом может быть вполне удовлетворительным, но вряд ли таковым будет конечный. Например, «легкая» венерическая болезнь при самолечении антибиотиками «засыпает» и дремлет до поры до времени, чтобы однажды, неожиданно и «вдруг», стать серьезной проблемой. Знать это современному человеку необходимо. Эти знания наши специалисты несут в школы, в молодежные коллективы, выступают с разъяснениями, предостережениями, советами… Подобные профилактические меры достаточно эффективны и, как показала практика, хорошо и надолго запоминаются. Бывает, подходят к нам в городе взрослые, 30-40-летние, люди и благодарят за те школьные лекции.
– Существует мнение, что аллергия – это не болезнь, а своеобразная реакция организма на тот или иной продукт.
– Понимаю, что вы хотите услышать конкретные ответы на конкретные вопросы, но я всегда говорил, что медицина – самая точная наука после богословия. Причины аллергии во многом еще не выяснены. В медицине по-прежнему идут дискуссии о лучших методах ее лечения. В повседневной жизни людям часто приходится оставаться один на один с этой проблемой. Если аллергическая реакция проявляется на коже, мой совет: не стоит ждать, пока «само пройдет», – проконсультируйтесь с врачом-специалистом нашего диспансера.
– Сколько в нем работает специалистов и не отпугнут ли пациента с аллергией длинные очереди к ним?
– У нас работают 9 врачей и специалистов с высшим медицинским и 20 человек со средним медицинским образованием. По большому счету, очередь для больного человека не повод для отказа лечиться. Но когда очередь отсутствует или она небольшая, это говорит о том, что у людей стало меньше поводов для визита в диспансер. То есть профилактические меры, предпринятые нашими специалистами, принесли положительный эффект. К чему мы все и стремимся.
