«Это родовая усадьба, не троньте», или О том, почему на Лидчине все еще есть старые, заброшенные дома

Осиротевшие постройки окнами в одичавший сад в сельской местности, к сожалению, не редкость. Хозяева уходят из жизни, а дети, когда-то выпорхнувшие из родительского гнезда, не всегда считают возможным ухаживать за свалившимся на голову наследством. Другое дело, если дом находится на берегу реки или у соснового бора. Коммерческий интерес очевиден. Но если участок в десятках километров от города и местность неперспективная, про него чаще всего забывают. Напоминать людям о том, что у них есть домик в деревне, берутся представители сельских исполнительных комитетов. Правда, достучаться до сердец горе-наследников получается не всегда.

Сегодня в каждом из сельсоветов Лидского района есть осиротевшие дома. Причем число их неизменно растет.

Без хозяина дом – сирота

Из двадцати пяти деревень Ходоровского сельсовета в шестнадцати проживает менее пятидесяти человек. Статистика наводит на грустные мысли: деревни вымирают. В тех же Паперовцах сегодня проживают двадцать восемь человек, а двадцать шесть домов стоят незаселенные. Большая деревня Великое Село. Несмотря на это, демографического бума здесь нет. Пятьдесят девять жителей и двадцать никому не нужных участков. В деревне Макары зарегистрированы шесть человек, а фактически соседствуют только трое. Лишь одна семья живет в Хлусах-Субочах. А в самой большой деревне сельсовета – Лесниках, – протяженность которой – более трех километров, осиротевших построек – половина. Правда, еще хуже обстоят дела в деревне Серки. В нынешнем году ушел из жизни последний ее житель.

– Начиная с 2007 года, разобрано около ста опустевших домов, – рассказывает председатель Ходоровского сельского Совета Валентина Валюк. – Это дома, от которых отказались наследники. Все участки находились в плачевном состоянии и не делали чести деревням. В этом году на захоронение фундаментов из районного бюджета было выделено пятьдесят миллионов рублей. К сожалению, денег сельскому Совету хватило, чтобы захоронить лишь пять из восьми запланированных.

По словам Валентины Бернардовны, в последнее время все внимание уделялось незаселенным домам, находившимся в полях севооборота. Родственники сами обратились в сельский Совет, чтобы отказаться от наследства. Им эти дома были не нужны. Доставляли они неудобства и работникам хозяйства во время посевных и уборочных кампаний. В итоге силами работников СПК все постройки разобрали, не затратив при этом ни единого рубля. Но вот выкорчевка деревьев, захоронение самого фундамента – вопрос денежный. В зависимости от размера участка (а как правило, отдельно стоящие дома в деревнях имеют большие приусадебные участки), бригаде Лидского ПМС платили по договору в среднем от восьми до десяти миллионов рублей.

«Звоню, пишу, убеждаю…»

Работа с наследниками, которые не хотят ухаживать за участками, работниками сельских Советов ведется ежедневно. В основном в форме конструктивного диалога и методом убеждения. Но если уговоры не помогают, на их имя поступают предписания. Такие меры, когда хозяина наказывают рублем, в большинстве случаев имеют положительный эффект. Но если человек после смерти родителей не вступил в права наследования, наказать его не представляется возможным.

– Чаще всего звоню, пишу, убеждаю, и люди приезжают, подписывают заявление об отказе от дома, – говорит представитель власти. – Ветхие постройки мы разбираем. Бывает, отдаем соседям на дрова. Хуже, когда не можем разыскать наследников. Есть дом, хозяева которого живут в Латвии. Как с ними связаться, не знаю. Еще один дом не видел хозяйку более шести лет. Благодаря социальным сетям я ее все-таки нашла. Женщина проживает в Америке и на родину в ближайшее время не собирается. Когда речь зашла о доме, она запретила что-либо с ним делать, аргументируя, что это ее собственность.

К слову, ценность собственности, которая когда-то была так дорога жившим в ней людям, сегодня некоторые наследники ставят под сомнение. Лишь редкие дачники изъявляют желание обрабатывать землю в отдаленной деревеньке с апреля по ноябрь. Виной всему расстояние, которое приходится преодолевать от города до населенных пунктов Ходоровского сельсовета. Сорок шесть километров все-таки не шутка. И именно этот фактор играет существенную роль в формировании цен на дома в двадцати пяти деревнях. Большие участки земли вместе с хозяйственными постройками стоят сегодня здесь от 3,5 до 40 миллионов рублей, а вот добротный дом в агрогородке обойдется почитателю сельской экзотики примерно в 70 миллионов.

Помощь пришла из города

Лидский районный исполнительный комитет с пониманием отнесся к вопросам, которые решаются сегодня сельскими Советами. Во главе угла – благоустройство населенных пунктов. За каждым из них, начиная с нынешнего года, закреплены временные помощники. Так, для деревень Ходоровского сельсовета ими стали ОАО «Лидский молочно-консервный комбинат», ОАО «Лиданефтепродукт», ОАО «Стройвектор», Лидское ГУП ЖКХ, ООО «МК-Перспектива» и другие.

– Сегодня нам помогают представители сразу нескольких предприятий и организаций района, – говорит Валентина Бернардовна. – Любая поддержка от них принимается на ура. Например, недавно работниками ОАО «Лиданефтепродукт» был наведен порядок в деревнях Дикушки, Заброевцы, Бояры-Дикушские. Приехали с бензопилами и электрокосилками, провели вырубку старых деревьев и кустарников. Как итог – улица стала светлой и просторной, а сельчане остались довольны. Помогает нам и местное сельхозпредприятие. Администрация выделила троих работников, которые постоянно трудятся в деревнях. Всем этим людям хочется выразить благодарность. Надеюсь, такая взаимопомощь со временем станет хорошей традицией.

***

Проблемы, о которых в течение нескольких часов мне рассказывала Валентина Валюк, по ее же словам, можно было бы назвать вполне решаемыми. Но, как показывает практика, как раз таки именно они доставляют больше всего головной боли.

– Что стоит человеку приехать весной и осенью, чтобы обкосить участок, навести порядок, поправить покосившийся забор? – говорит Валентина Бернардовна. – Но как оказывается в итоге, про ненужный дом проще всего забыть, переложить груз ответственности на чужие плечи, на государство. Я считаю, что каждый человек, получивший когда-то в наследство от родителей приусадебный участок, должен четко осознавать: именно он в ответе за землю, на которой родился, за дом, где прошли лучшие годы жизни, где был окружен любовью и заботой. Помнить о своих корнях должен каждый из нас, чтобы впоследствии не было горестно и больно.

Так не должно быть!

Так может быть!