В Лиде одна из улиц названа именем командира батареи 114-го гвардии истребительного противотанкового артиллерийского полка

13 Июня 2024 1440
С фотографии на музейном стенде пронзительно глядят на меня глаза молодого мужчины в гимнастерке. Красивое, открытое, мужественное лицо. Может, актер? Но письма-треугольники с адресом полевой почты, написанные  бойцами Красной Армии, возвращают в реальность. Передо мной герои той далекой и близкой войны. Но кто же этот солдат, имя которого носит одна из улиц нашего города?

Младший лейтенант, командир батареи 114-го гвардии истребительного противотанкового артиллерийского полка, кавалер трех орденов Николай Артеменко родился в 1913 году в селе Боярки Киевской области, что в Украине. До войны работал в колхозе и имел совсем негероическую профессию бухгалтера, занимался спортом, много читал. Любил жизнь, родную природу. По воспоминаниям матери Пелагеи Прохоровны, в школьном возрасте мог целыми днями пропадать в лесу или в поле. Часами терпеливо сидел с удочкой у реки и никогда не возвращался без улова. А зимой брал отцовское ружье и на лыжах отправлялся на охоту. Многие охотники часто удивлялись его выдержке и настойчивости.

Не подвели качества характера Николая Артеменко в 1941 году. Война его застала на действительной военной службе в Подмосковье. Через две недели он уже был на фронте. И случалось, что даже писал о нелегких солдатских буднях на страницах фронтовых газет. Из статьи «На открытой огневой позиции»:

«Батарея получила приказ занять открытую огневую позицию для противотанковой обороны, – пишет гвардии младший лейтенант Артеменко.На опыте боев я уже знаю, что придется вести борьбу не столько с танками противника, сколько с его пехотой. Местность, где мы действовали, была малопроходимой для тяжелых стальных махин. Пускать танки в атаку немцы могли разве только мелкими группами для поддержки своей пехоты.

Вместо блиндажей, рассчитанных на отделение или взвод, мы сделали узкие щели, где могут укрыться два-три бойца. Такая щель, во-первых, менее уязвима для прямого попадания. Во-вторых, даже при прямом попадании тяжелого снаряда потери будут меньше, чем при ударе в блиндаж. У нас был случай, когда тяжелый вражеский снаряд разорвался у угла такого укрытия. Сидевшие в щели бойцы остались при этом полностью невредимыми.

Два дня мы были в сравнительно легкой перестрелке с противником. Один раз били по немецкому бронепоезду, курсировавшему по железнодорожной линии, и прямым попаданием вывели из строя одну бронеплощадку. Потом во время метели отразили контратаку вражеской пехоты. За это время враг не обнаружил нашей площадки, хотя, видимо, догадывался о наличии батареи. Главные события разыгрались на третий день. Фашистская артиллерия начала обрабатывать наш передний край, чтобы обеспечить успешную атаку своей пехоте. Трудно подсчитать, сколько снарядов было выпущено по нам: они рвались сразу по несколько штук. Окончился артобстрел, и немцы поднялись в атаку. Мы их подпустили метров на двести, а затем я скомандовал: «По местам!»

Шквальный огонь батареи буквально сметал фашистов. Наводчики: Конев, Тюхтеев, Пасько – работали как автоматы. Некогда было подсчитывать трупы немцев, но по самым скромным данным их там было положено не менее двухсот. Несмотря на адский огонь со стороны немцев, который не оставлял живого места на нашей огневой позиции, мы потеряли только одного бойца, восемь бойцов были ранены».

А вот своим родным Николай Артеменко письма писал нечасто. В одном из них, от 4 февраля 1944 года, скупые солдатские строки, но наполненные таким теплом и любовью:

«Здравствуйте, дорогие мама и вы, папаша! А также те, кто имеется живой: Вера, Даша, Паша и Санька, Витя и Коля! Для меня сегодня большой праздник. Я дождался того, чего ожидал два с половиной года, – это ваше освобождение от немецкого ига. Дорогие мама и папаша, когда вы живы, то это для меня самое большое счастье в моей жизни. Я вам уже одно письмо написал. Это уже другое пишу. Когда получите, постарайтесь дать ответ.

Пару слов о себе. В настоящее время я лейтенант, имею награды: орден Красной Звезды и орден Отечественной войны, медаль «За оборону Сталинграда». В огне два с половиной года, пока еще все в порядке. Пишите, о ком вы что знаете, меня это все интересует. До свидания. Целую. Ваш сын Коля».

Так сложилось, что родившийся на украинской земле лейтенант Артеменко отдал жизнь за небольшой белорусский городок Лиду. 8 июля 1944 года он погиб, освобождая город. А незадолго до этого, 24 апреля, написал:

«Здравствуй, дорогая сестричка Паша! Наконец узнал через письмо, полученное из дома, о том, что ты жива. Я очень рад, что ты сделала разумный шаг и не осталась одна дома, не согнула свою голову перед проклятым врагом. Пашенька, когда ты получишь это письмо, ответь мне, напиши, что тебе пришлось пережить, как служится тебе сейчас... Пару слов скажу о себе: в боях участвую с начала войны. За этот период имею награды. Паша, если у тебя есть фото, вышли, пожалуйста, мне. Жду с ответом. Крепко целую. Твой брат Коля».

Через считанные месяцы гвардии лейтенант Николай Артеменко, командир батареи, гнал фашистов с лидской земли. Войска Красной Армии наступали. На рассвете 8 июля батарея 86-го гвардейского полка 32-й Смоленской кавалерийской дивизии вела жестокую битву с врагом. Немцы, укрепившись на заранее укрепленных позициях, сопротивлялись. Тем не менее наступательный прорыв советских войск, а также массированные удары артиллерии вынудили врага отступить и покинуть город. Артиллерийская батарея, которой командовал Николай Артеменко, заняла позиции в северной части города и продолжала обстрел отступавшего противника. Вдруг рядом стали разрываться крупнокалиберные снаряды. Командир принял решение: сменить огневую позицию. И вдруг... Прямое попадание сразило его. Ранение осколком снаряда оказалось смертельным. 

А вот еще одно письмо отцу Артеменко, датируемое 16 сентября 1944 года, но уже от командования полка:

«Уважаемый Прохор Петрович, высылаю вам орден Великой Отечественной войны II степени и медаль «За оборону Сталинграда», которыми был награжден ваш сын, гвардии лейтенант Николай Прохорович Артеменко, за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте в борьбе с немецкими захватчиками. Тяжелая утрата – потерять своего любимого сына. Но он погиб за народ, за освобождение нашей Родины. Последним его пожеланием, написанным за два дня до героической смерти, были строки: «До последней капли крови буду мстить проклятым фашистам за пролитую кровь моих братьев, за издевательства над моими родителями, за нашу Родину. Если я погибну, отомстите! Отомстите, мои дорогие друзья, за меня! Вперед на врага!»


Вся семья Николая Артеменко сражалась на фронтах Великой Отечественной войны. Судьба братьев трагическая. Известно, что при освобождении Румынии погиб брат Василий, при освобождении Украины, не преодолев до дома несколько десятков километров, Пантелеймон, погиб в одном из боев и Константин. Сестры Пелагея, Екатерина, Павла были медицинскими сестрами.

Герой-освободитель Лиды нашел последний приют в братской могиле, что в городском парке. А в сердцах лидчан живет память о нем: одна из улиц названа именем Артеменко. На ней живут достойные люди, которые своим трудом приумножают славные традиции героического поколения советских воинов. А еще памяти отважного командира посвящено стихотворение организатора внеклассной работы средней школы №5 имени Виктора Бочарова, написанное 27 декабря 1977 года.

Памяти 
Николая Артеменко

Горячее сердце осколком пробито, 
Последнее слово фашистом убито: 
Гвардейцы мои отомстят за меня... 
И приняла воина в объятия земля.
У города с именем девушки Лида, 
В овраге, где кровью ромашка залита, 
Откуда был путь для фашистов тернист, 
Вступил в нашу память герой-коммунист.
Вступил, словно с памятью шел на таран 
Безусый, седой, молодой лейтенант. 
Бойцы батареи склонились над телом: 
За смерть отомстим, и не словом, а делом.
Удар батареи, фашист откатил,
В траве отомщенный лежал командир...
У города с именем девушки Лида, 
В овраге, где кровью, ромашка залита, 
Откуда был путь для фашистов тернист, 
Вступил в нашу память герой-коммунист.

Поделиться
0Комментарии
Авторизоваться