«Во время войны мы с нетерпением ждали дня освобождения». Жительница Лиды на себе испытала, что такое «новый порядок» оккупантов, частые бомбежки, голод, отсутствие крыши над головой

03 Июля 2019 540
Об Ольге Петровне Выржиковской, чье детство было опалено войной, попросила написать ее племянница Наталья Васильевна Наумова, у которой она вот уже полтора года живет в нашем городе. Сама Ольга Петровна родом с Брянщины – легендарного партизанского края, – два года жила в Брянске в оккупации, на себе испытала, что такое «новый порядок» оккупантов, частые бомбежки, голод, отсутствие крыши над головой.

Отца Ольге Петровне заменил партизанский командир, Герой Советского Союза Емельян Барыкин, хорошо известный особенно на Гомельщине. «Она вам многое расскажет и об оккупации, и о себе, и о легендарном Барыкине, – говорила в трубку Наталья Васильевна. – Тетя и сейчас все помнит из того времени. Приходите. Она будет ждать…»

Два года в оккупированном Брянске

– Родилась я в Брянске, – начала свой рассказ Ольга Петровна. – До войны жила в Брянске с мамой, старшими братом и сестрой (отца не стало, когда мне было пять лет). Сестра Клавдия была старше меня на восемнадцать лет и уже была замужем – за Емельяном Игнатьевичем Барыкиным, секретарем Гомельского горкома партии, о котором я еще расскажу, и немало. 

В мае 1941 года я окончила пятый класс и поехала в Гомель, где жила сестра с мужем и дочерью. В Гомеле я и узнала 22 июня о начале войны. А 23 июня мне исполнилось тринадцать лет. В июле Емельян Игнатьевич эвакуировал жену, дочь и меня на «большую землю». Однако до места назначения мы не доехали, остались в родном Брянске, жили у моей мамы. Вскоре в город вошли немцы, и мы два года жили в оккупации. 

Брянск, как известно, был партизанским центром. Неподалеку были густые леса, и многие жители города ушли в партизанские отряды. Моя сестра Клавдия была партизанской связной (за что позднее провела некоторое время в фашистской тюрьме, подвергалась избиениям, но была освобождена партизанами). Когда наступили холода, немцы стали выгонять население из домов, забирали теплые вещи, посуду. Нам пришлось жить в убежище. Концлагерей в Брянске не было: фашистам особо некогда было заниматься местным населением – они хотели занять Москву. А еще Брянск был большим железнодорожным узлом, здесь было сосредоточено много вражеских сил, и город часто бомбили наши самолеты. В 1942 году под бомбежку попал и наш дом. Мы вынуждены были жить в подземелье. С едой эти два года было очень туго – сидели на голодной диете, делились куском хлеба, картошкой. 

В 1943 году, после знаменитого танкового сражения под Курском, немцев из Брянска вот-вот должны были выбить – и они решили город сжечь. Выгнали население, погнали этапами на запад. Уходя, мы еще успели увидеть, как город горел. Где-то через 75 километров пути нас отбили партизаны, уничтожили конвой, и вскоре мы вернулись в Брянск. В городе все было сожжено – жить пришлось в землянках. А в ноябре был освобожден Гомель. Емельян Барыкин увез туда жену (мою старшую сестру), дочь, меня и мою маму.

«Он воспитал меня как родную дочь»

И далее Ольга Петровна подробнее рассказала об Емельяне Игнатьевиче, который, можно сказать, заменил ей отца. 

Во время войны Емельян Барыкин был комиссаром партизанского отряда «Большевик», одновременно являясь секретарем Гомельского подпольного горкома партии. С февраля 1943 года Барыкин – начальник штаба Гомельского партизанского соединения. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 января 1944 года ему присвоено звание Героя Советского Союза. После освобождения Гомеля продолжал работать секретарем Гомельского горкома партии. В 1948 году избран секретарем Барановичского обкома ВКП(б). Был депутатом Верховного Совета БССР. Умер в 1951 году. Имя Емельяна Барыкина носят улица и школа в Гомеле, его портрет изображен на почтовом конверте, выпущенном в 2002 году – к 100-летию со дня его рождения. 

– Емельян Игнатьевич воспитал меня как родную дочь, – продолжает Ольга Выржиковская. – Это был человек отзывчивый и чуткий, любил пошутить. Приходил домой – всех по очереди целовал. Меня звал Волгой и жалел, что не удочерил. Вел дневники, которые сейчас хранит его дочь Эвелина, живущая в Минске. 

Партизаны звали его Батя. Перед тем как уйти в партизаны, Барыкин выбросил бритву и начал растить бороду, которую не сбривал почти два с половиной года, пока сражался с фашистами. Ему очень нравилась песня «Партизанская борода» в исполнении Утесова – он сам часто пел: «Парень я молодой, а хожу с бородой. Я не беспокоюсь – пусть растет до пояса. Вот когда прогоним фрица, будет время – будем бриться…» 

Еще будучи в партизанах, Емельян Игнатьевич сильно ушиб ногу, упав с лошади. Тот ушиб оказался для него роковым: на его месте через несколько лет образовалась опухоль, переродившаяся в саркому, которая распространилась по всему организму. Барыкин девять раз был прооперирован, однако опухоль дошла до позвоночника и сдавила спинной мозг, вследствие чего отказали ноги. Он несколько месяцев пролежал в московской клинике, где и умер в марте 1951 года. Я как будто вторично потеряла отца.
Единственное пристанище

Однако вернемся в первые послевоенные месяцы. В 1945 году Ольга Самошина (девичья фамилия героини нашей статьи) поступила в Гомельский медицинский техникум, возглавила в нем комсомольскую организацию. Вместе с другими учащимися участвовала в восстановлении из руин зданий техникума и общежития, помогала строителям. Учащиеся в то время голодали, а возле дома Барыкиных, где жила Ольга, был свой сад, и она в портфеле носила ребятам яблоки. Помогала им как могла, жалела их. На себе ведь испытала, что такое голод. 

После техникума работала заведующей здравпунктом на Гомельском хлебозаводе. В 1952 году вышла замуж. Мужа, Леонида Выржиковского, по службе часто переводили из города в город. За мужем следовала и жена. С 1960 по 1984 год, до ухода на пенсию, Ольга Выржиковская работала контролером на радиозаводах Минска. Награждена медалями «За трудовые заслуги», «Ветеран труда». 

– В 1985 году умер муж, – с грустью в голосе продолжает свой рассказ Ольга Петровна, – в 2006-м – сын, в 2017-м – дочь. И я осталась совсем одна: внуков у меня нет – сын так и не женился, а дочь рано овдовела. Из деревни Хальч Ветковского района меня, одинокую после смерти дочери, забрала в Лиду племянница Наталья Наумова (дочь моего брата Василия). И вот уже полтора года я живу в Лиде. 

Но нельзя сказать, что в вашем городе я до этого ни разу не была. Брат с семьей жил в Лиде с 1952 года. Я часто приезжала к нему в гости, ходила по городу – и полюбила этот красивый, уютный город, как мне кажется, заграничного типа. И брат, и его жена, и другая дочь похоронены в Лиде. И вот недавно Лида стала моим единственным пристанищем. Больше нигде у меня никого нет.

«Из периода войны помню каждый день»

Кроме племянницы, Ольге Петровне помогает подруга Натальи Васильевны – Римма Федоровна. Ольга Выржиковская и сама еще ходячая, однако по лестнице ходить уже не может. Недавно, 23 июня, ей исполнился 91 год. Но память у нее и сейчас отличная. Из периода войны, как сама признается, помнит каждый день, и о каждом из тех дней может рассказать – воспоминаний хватило бы на целую книгу. Дочь Емельяна Барыкина Эвелина, с которой Ольга Петровна и теперь перезванивается, называет ее ходячей энциклопедией. Ольга Выржиковская до сих пор помнит даже каждую улицу, каждый дом в Брянске своего детства. 

– Что для меня значат День Независимости и День Победы? – повторяет Ольга Петровна последний вопрос корреспондента и отвечает: – Для меня это очень большие праздники. Во время войны мы с нетерпением ждали дня освобождения, мы замучились в оккупации, мы следили за каждым шагом наших войск. И танцевали от радости, кричали «Ура!», когда получали хорошую весть с фронта от родных или слышали таковую по радио. О Победе в 1945 году я, мама и семья Барыкиных узнали в Гомеле. Мы плясали от радости, и все жители города плясали и пели. Вся центральная площадь была в цветах, играл оркестр, люди несли и несли цветы… И сейчас эти дни для меня – дни большой, всеобъемлющей радости.
Поделиться
0Комментарии
Авторизоваться